Григорий Морозов — об уходе из «Динамо», карьере в Европе, тренерской мечте и любви к искусству эксклюзив

Бывший игрок «Динамо» и «Уфы» Григорий Морозов в эксклюзивном интервью «Евро-Футбол.Ру» рассказал о своей карьере, стремлениях в Европе и игре за словенский «Целе».

«Когда прилетел обратно в Словению, почувствовал, что я — дома»

— Гриша, приветствую! Как настроение?

— Всё хорошо! Недавно удалось слетать в Москву, были там неотложные дела. С февраля не был в Москве… Когда прилетел обратно в Словению, почувствовал, что я — дома. Для меня это стало неожиданностью, но тот ритм жизни, который задаёт Москва, — он совсем мне не подходит. С радостью вернулся сюда к тренировкам. Продолжаем подготовку — 17 июля старт чемпионата.

— Так это ты в Словении почувствовал себя как дома?

— Да, я здесь уже очень привык к ритму жизни. Я нигде такой не встречал! Никаких пробок, всё очень близко, люди живут размеренной жизнью. Мне очень нравится! В Москве все дела сделал — и вернулся с облегчением.

— Что за дела? Футбол, здоровье, семья?

— Накопились дела с документами, нужно было приехать, решить.

— На секунду отвлечёмся. Мы сейчас общаемся по видеосвязи. Почему ты выбрал этот способ?

— Мне хочется понимать, с кем я разговариваю, смотреть в глаза собеседнику, видеть реакцию. Я так предпочитаю общаться.

— Когда мы договаривались, ты попросил мои последние интервью. Хотел подготовиться?

— Абсолютно нет! Просто, опять же, мне нужно понимать, с кем я общаюсь. Интервью — это часть нашей жизни, и с кем попало не хотелось бы разговаривать. Но я посмотрел твои работы, и мне показалось, что может получится вполне интересный разговор!

— Возвращаемся! Где провёл свой отпуск?

— Я был в Вене, был в Испании, в Милане и под Миланом. По Европе везде проехался.

Реклама


— Сколько времени ты был в отпуске?

— Отпуск начался 23 мая, а завершился 6 июня — в мой день рождения! 

— А с кем ты путешествуешь?

— Я был с подругой, а в Испании мы ещё и с друзьями встретились. Нас было четверо: мы вдвоём и друг с женой.

— Но ты ведь не в первый раз по этим направлениям путешествуешь?

— Ну да. Италия мне очень нравится. В Милане я не был, поэтому хотел там оказаться. Плюс Вена — там рядом аэропорт, полетели туда. Ну а Испания — это вообще шикарно!

— Слушай, ты кажешься не самым типичным футболистом. Откуда такая тяга к музеям, путешествиям, архитектурным объектам?

— Ты знаешь, возможно, это связано с тем, что в детстве у меня этого просто не было. Мы, футболисты, посвящаем всю свою жизнь одному делу, и многие прелести жизни просто не замечаем, когда становимся профессионалами. И тут такая возможность — просто уникальная! Окунуться в историю, знакомиться с работами известных художников, побывать в музеях современного искусства. Как-то хочется расширять свой кругозор — отсюда и любознательность. Чувствую, что много упустил, поэтому надо навёрстывать. Бываю в музеях в основном в будние дни, когда людей практически нет. Испытываю какие-то невероятные чувства, когда вижу эти полотна. По-настоящему отдыхаю, да ещё и с пользой.

— «Когда утром она гуглит тебя и понимает, что ты не футболист». Это твой пост 2015 года. У тебя реально такое было?

— Ха-ха! Наверное, это были какие-то приколы в тему того времени. Слушай, мы же знаем такие истории, и… Они случались с моими друзьями. Чего уж скрывать, в этом плане Москва — город с большим «потенциалом».

«Футболисты просто не афишируют свои добрые дела, а делают побольше тех, кто говорит о нас плохо»

— У тебя есть фотка с портретом Набокова в Хорватии. Ты случайно нашёл этот стрит-арт или целенаправленно шёл?

— Да, проводил выходные в Хорватии, и чисто случайно увидел. Но до этого я уже от очень многих людей слышал, что в Европе любят Набокова. Насколько помню, он жил в Европе где-то здесь. В общем, он постоянно на слуху был – и тут фотография! Вот я и подумал, а почему бы не сфоткаться?

— А из Набокова что-нибудь читал?

— Пока нет. У меня есть список книг, которые потихонечку я стараюсь осваивать, и Набоков там тоже в списке.

— Ты же ещё был на выставке Бэнкси (Бэнкси. — псевдоним анонимного английского художника стрит-арта и политического активиста. — Прим. ред.) в Австрии. Там его настоящие работы, оригиналы? Он же из Британии вроде.

— Это была полноценная выставка Бэнкси в Граце, совсем небольшом городе — что удивительно! Не могу представить, чтобы у нас, в России, приехала такая выставка в город с населением меньше 300.000 тысяч. А здесь — пожалуйста, в свободном доступе! Я знал, что будет выставка, поэтому уделил ей целый день.

Реклама


—А вообще часто по ходу сезона выезжаешь за пределы Словении?

— Как только бывает подходящий выходной! Транспортная доступность здесь очень развита, поэтому бываю в Австрии, в Италии, в Хорватии. Море в Хорватии шикарное! Даже не думал, что там может быть так красиво. Это сейчас одно из моих главных направлений, выходные часто провожу именно там. 

— Это какая-то распространённая практика в Словении?

— Ну, знаешь, каждый проводит время как хочет. Но если ты можешь сесть в машину и через полтора часа быть на море — мне кажется, это неплохое времяпрепровождение. Этим я и пользуюсь.

— Как ты относишься к стереотипу о том, что все футболисты — глупые и ограниченные?

— В целом я понимаю, откуда исходит этот стереотип, потому что чаще запоминаются плохие поступки людей, а хорошие воспринимаются как должное. А поступки футболистов всегда на виду, и плохое чаще «светится». Но при всём при этом мы знаем много примеров, когда футболисты проводят какие-то благотворительные акции. Кстати, например, совсем недавно мой бывший одноклубник Игорь Лещук проводил у себя в телеграмм-канале благотворительный аукцион, чтобы помочь в лечение юному воспитаннику Академии «Динамо». И таких историй очень много в футболе, просто о них не говорят! Я считаю, что человек необразованный и культурно не развитый не стал бы уделять этому время. Так что футболисты просто не афишируют свои добрые дела, а делают побольше тех, кто говорит о нас плохо. Поэтому я считаю, что это не совсем заслуженно, но это имеет место. Смотрел интервью Игоря Денисова, и там он очень правильную вещь сказал. Так как мы много времени проводим на тренировках, мы можем не знать некоторых элементарных вещей, поэтому футболистов нужно обучать: в сфере финансов, культуры. Было бы очень неплохо, если бы это ввели. Над этим, как минимум, стоит задуматься.

 

— Задуматься над тем, чтобы воспитанников академий приучать к вышеперечисленному?

— Пусть даже какие-то командные посещения культурных мероприятий. Пусть даже элементарная финансовая грамотность. Это поможет футболистам как можно скорее безболезненно войти в общество, чтобы после окончания карьеры мы не чувствовали себя какими-то обособленными

— Футболисты — это взрослые дети. В этом есть правда?

— Частично так и есть. Встречаются примеры, связанные с очень нерациональными тратами. Футболист на первые деньги покупает себе три автомобиля — ну что это такое, как не какая-то детская мечта? Я такого не понимаю. Бывало, что мне звонили, просили денег на бензин — это при том, что у него в гараже три машины стоят! Нелепые вещи — да, происходят, нельзя это отрицать.

— Мне кажется, твой гедонизм бурно стал развиваться после переезда в Словению. Насколько я прав?

— Не сказал бы. Вот сейчас мечтаю попасть на выставку Морозовых в Москве. Надеюсь, она продлится больше полугода. Ещё мечтаю побывать в Альбертине в Вене. Я и в Москве посещал мероприятия, просто, наверное, не афишировал. А сейчас подумал: «Почему бы и нет!»

«Хорошо, что я определился со своей профессией так рано, а то был бы сейчас курящим, возможно, несостоявшимся человеком»

— Кем работали родители?

— И мама, и папа сейчас на пенсии. Мама возится с внуками, с внучкой. Безработные, помогают детям.

Реклама


— А до пенсии кем работали?

— Мама долгое время работала лифтёром. Не знаю, есть ли сейчас такая профессия. А папа был предпринимателем, всегда работал на себя.

— Как часто ты вообще вспоминаешь родной Ижевск?

— С друзьями, которые живут в Ижевске, я созваниваюсь, наверное, раза три в неделю — у нас с ними постоянный контакт. Скучаю по этому городу, но не могу сказать, что хотел бы там проводить больше времени.

— Каким ты запомнил его? Краткий экскурс

— Я там жил до десяти лет. Я помню дворы без автомобилей, а сейчас они припаркованы прямо на тротуарах, на газонах. Мы там играли в футбол, поэтому тогда машины так не парковались! Помню какие-то первые вылазки с друзьями, чтобы покурить тайком от родителей. Отец старался отгородить от этого, но у него не всегда получалось. Поэтому и хорошо, что я определился со своей профессией так рано, а то был бы сейчас курящим, возможно, несостоявшимся человеком.

— Это такие перспективы в Ижевске?

— В принципе там это преследует каждого, а сейчас стало ещё сложнее. Если ты «забуксовал» на месте — тебе сложно и с работой будет, и с реализацией каких-то собственных планов 

— Как с языками у тебя дела? Словенский учишь?

— Ты знаешь, словенский очень похож на русский. Многие слова звучат почти одинаково. Я ещё не учил словенский, но чувствую, что должен выучить хотя бы базу в знак уважения, потому что это страна, в которой я ощущаю себя как дома — она заслуживает, чтобы выучить её язык. Поэтому, я думаю, это точно произойдёт после английского.

— А сейчас ты английский учишь?

— Стараюсь, да. Пытаюсь какие-то сериалы смотреть на английском… Но я понимаю, что это даётся мне очень тяжело. Есть люди, которые всю жизнь учат язык, и всё равно до конца не выучивают. Я не хочу себя относить к таким, но мне и правда тяжело. Связано с тем, что у меня очень короткая память. Я могу заучить какие-то слова, а через неделю их забыть. 

— А когда решил, что надо подтянуть английский?

— Вообще мне давно хотелось выучить английский, но приехал сюда и особенно остро почувствовал эту необходимость. Обращался к репетитору, потому что в школе уроки английского у нас были безобразные, мы не уделяли этому особого внимания. Мы же разговариваем на русском — зачем нам английский? Сейчас вот пытаюсь учить всё на лету. Поэтому мой вам совет — если у вас есть время, не тратьте его впустую!

— Тебе клуб приставляет переводчика? Как у тебя коннект происходит с ребятами?

— Чтобы общаться с одноклубниками, моего английского вполне хватает. По-смешному, но могу объясниться. С этим проблем нет. Но за футбольным полем, в обычной жизни — бывает непросто. Например, оплатить счета за электричество, вызвать мастера, объяснить ему, в чём проблема. Но я не чувствую себя каким-то ущемлённым из-за того, что я не разговариваю на английском. Но если я хочу здесь дальше оставаться — а такое желание у меня есть — уверен, надо учить язык. И учить ускоренными темпами. 

«Она мне: «Не-не, ты не понимаешь, это просто фантастика!». Я аж задумался, может, не тем занимаюсь, может, не футболом надо было»

— В марте этого года говорил, что увлёкся электронной музыкой. Во-первых, как с этим хобби у тебя сейчас, а во-вторых — что это вообще? Типа диджеинга, сведения?

— Да, это диджеинг! За камерой сейчас у меня стоит колонка, стоит диджейский пульт, компьютер, наушники — всё, что надо! Это просто моё времяпрепровождение. Бывает, иногда поигрываю. Просто нравится сводить, играю такой мелодичный техно-хаус.

— Как ты к этому пришёл? Это самое необычное хобби у наших футболистов, о котором я слышал.

— Когда собираемся компанией, я иногда включаю свою музыку — и у меня начали спрашивать: «Что это такое, что это такое?! Надо включить Shazam!». А мне казалось, что обычная музыка. И как-то так началось: собрал себе подборку, на небольших вечеринках всем этим делом руководил. Одна девочка, кстати, после такой вечеринки подходит и говорит мне: «Это было просто что-то лучшее в моей жизни!». Я вообще был в шоке, играл второй или третий раз. Она мне: «Не-не, ты не понимаешь, это просто фантастика!». Я аж задумался, может, не тем занимаюсь, может, не футболом надо было. Ха-ха!

— У Глеба Pharaoh’а (Глеб Голубин, также известный под псевдонимом Pharaoh, — российский хип-хоп исполнитель, сын футбольного функционера Геннадия Голубина) недавно большой тур по России завершился. Удалось побывать?

— Нет. Меня часто спрашивают, но мы с ним не такие близкие друзья. Да, на концерте с удовольствием побывал бы. Будет в Европе — с удовольствием приеду и повидаюсь с ним! Всегда слежу в социальных сетях, но общаемся крайне редко.

— На его предпоследнем альбоме была строчка про то, что когда-то для него «было праздником пойти в "мак"». У тебя такие истории были?

— Конечно! Я в Тольятти рос с 2005-го по 2012-й. Там стал зарабатывать первые деньги. И там же на наших глазах открывался первый в городе McDonald’s. Я так нервничал, когда стоял в очереди! Я не понимал, что заказать. Там столько людей было! Все друг друга толкали, я такого сумасшествия до этого не видел. Нужно было сообразить, что ты хочешь купить. Помню, проводил там время с девочкой — думал, что сидим в каком-то ресторане, настолько было атмосферно! И девочка ещё жила рядом с ним, я её часто туда приглашал… Романтика, скажи?!

— В то время свидание в McDonald’s, мне кажется, вообще супер было!

— Конечно! Конечно! (Смеётся.)

— Недавно тебе исполнилось 28. О чём ты мечтал в 18?

— Когда мне исполнилось 18, когда я стал профессионально заниматься футболом, я написал родной сестре: «Моя мечта — чтобы вы никогда не работали!». Но когда я стал старше, начал понимать, что я-то могу их обеспечивать, но это не будет идти им на пользу, потому что человеку нужно быть увлечённым своим делом. Поэтому моя мечта немного трансформировалась. Я, конечно, с радостью помогаю родным и близким, но при этом у каждого есть своя работа.

— С 18 твои мечты изменились?

— Конечно, но это если мы говорим про материальные блага. Если же мы говорим про футбол… Я очень хотел бы играть за нашу сборную в большом турнире. Сейчас, наверное, можно сказать, что этого не произойдёт. Но в целом мечта остаётся: закрепиться в Европе, в хорошем клубе. Об этом постоянно думаю, это постоянно визуализирую себе. Приложу все усилия, чтобы обо мне здесь говорили как о человеке, который приехал и усилил европейский клуб.

— Если тебя попросят ответить на вопрос, кто такой Григорий Морозов, — что ты ответишь?

— Думаю, что это человек с гиперответственностью, трудолюбивый и очень принципиальный.

Реклама


«Сейчас я понимаю: всё, что я мог дать «Динамо», — я дал!»

— «Динамо» по ходу этого сезона сначала упустило чемпионство, а потом и серебро, и Кубок. Ты как-то внутри сопереживал родному клубу?

— Я постоянно слежу за играми, очень переживаю. Как по мне, из того, что можно было выжать в этом сезоне, ребята выжали всё, максимально отдались. Да, хотелось серебро, но «Сочи» были стабильнее, «Зенит» был сильнее. 3-е место, медали — это тоже важное достижение, потому что все помнят, какие результаты были раньше.

— Не жалеешь, что в такой качественный сезон оказался не в клубе?

— Нет, я по этому поводу абсолютно не рефлексирую. В нашей жизни всё происходит так, как должно быть. Я 10 счастливых лет провёл в «Динамо». Знаешь, не всегда медали характеризуют то время, которое ты посвятил клубу. Для меня важнее тёплое отношение, которое я заслужил у болельщиков — это ценнее любой медали.

— С кем-то из «Динамо» после окончания сезона общался?

— В основном общаюсь с персоналом. Сейчас в команде стали играть молодые ребята, я с ними не особо в контакте. Вот, когда в Москве был, виделся с доктором Родионовым. Обсуждали, как там жизнь в «Динамо», очень сопереживаю всему, что происходит в клубе.

— Скажи честно, комка в горле после ситуации с «Динамо» не осталось?

— Нет, сейчас, оглядываясь назад, я понимаю: всё, что я мог дать клубу, — я дал! Я работал на максимум. Сейчас я уже понимаю, что нужно было спокойнее относиться к результатам — при выигрыше, при проигрыше так всё через себя не пропускать. Потому что это потом сыграло со мной злую шутку. Поэтому здесь я уже пытаюсь быть спокойнее и всегда помнить, что футбол — это не вся твоя жизнь. Не нужно концентрироваться только на нём, упуская другие важные аспекты жизни.

— «Уфа», в которой ты играл до «Целе», в этом сезоне трагично вылетела. Какие эмоции и мысли у тебя были на этот счёт?

— Да, с уфимцами я тоже общаюсь. С Йокичем встречались здесь, в Словении, с Бизяком общаемся — он сейчас тоже в «Целе». Начальнику команды писал, тренеру по физподготовке писал. Смотрел все игры… Мне было очень обидно, конечно, но я считаю, что команде нужно было удержать игроков, которые сохранили прописку в РПЛ в прошлом сезоне. И тогда всё было бы по-другому, я в этом убеждён!

— Ты имеешь в виду, что клуб просто не захотел оставлять каких-то хороших футболистов?

— Знаешь, вот Стукалов — хороший специалист, бесспорно. Но, возможно, он решил, что то, что мы сохранили прописку год назад — это только его заслуга. Его заслуга, безусловно, большая! Но и игроки сыграли важную роль. А он это не учёл, видимо, и начал привозить игроков из Первой лиги. Может, они и играли там хорошо, но уровень в РПЛ совсем другой. Поэтому вылет «Уфы» связываю с тем, что распался костяк. А жаль - «Уфа» заслуживает быть в РПЛ.

«Я уже играл в ФНЛ, и то, что мы там всех обыгрывали на одной ноге, мне сразу многое сказало»

— Сейчас они в ФНЛ. Ты как-то говорил, что для себя закрыл варианты в ФНЛ. Почему?

— Потому что себя я оцениваю как футболиста уровнем выше, чем ФНЛ. При всём уважении к игрокам этой лиги. Я там уже играл, и то, что мы там всех обыгрывали на одной ноге, мне сразу многое сказало. Поэтому находиться в этой лиге мне не хочется!

— ФНЛ и Словения сопоставимы по качеству футбола?

— Словенский чемпионат не сильнее ФНЛ, это надо признать. Когда я приехал сюда, у меня были высокие ожидания. Но здесь только 3-4 команды играют в хороший футбол. Остальные 7-8 — играют в очень открытый, вертикальный футбол. И мы в прошлом сезоне играли в такой же.

— Каков уровень футбольной инфраструктуры в Словении? Сколько у вас тренировочных полей на базе?

— У нас здесь три поля. Одно из них — то, на котором мы принимаем игры. Это достаточно новая, современная арена вместимостью где-то 7 тысяч. Есть ещё одно искусственное – там когда-то тренировались зимой перед тем, как улететь на сборы. И есть поле, на котором мы тренируемся сейчас. Поле отличного качества, тем более что сейчас здесь всё расцвело. Но здесь не уделяется время и, вероятно, нет таких бюджетов, чтобы поле держать в таком же качестве в октябре-ноябре.

— А где клуб проводит сборы?

— Зимой — как обычно, в Турции. А этим летом мы были на границе с Австрией, в красивейшем месте, где проводят кубки мира по различным лыжным дисциплинам. Там мы провели неделю. Мне очень понравилось.

«Если мне позвонят из «Динамо» и скажут — я соберу сумку и пойду пешком в Москву!»

— Возвращаемся ненадолго к «Динамо». В следующем году клубу — 100 лет. Не думаешь, что символично было бы вернуться – как-никак вековой юбилей? Ты не «убил» в себе возможность вернуться?

— Конечно, нет! Если мне позвонят и скажут — я соберу сумку и пойду пешком в Москву! Готов буду идти, сколько нужно будет. Я и «Динамо» — это для меня какие-то неразделимые вещи. Я эту мысль в себе не убиваю, нет. Когда пришёл новый тренер, я сразу подумал: «А в какой футбол он играет? А есть ли в нём мне место?». Постоянно об этом думаю, но загадывать наперёд тоже не хочется.

— За счёт чего продолжаешь верить в такой исход? Что тебя в этом плане мотивирует, подталкивает?

— Мне кажется, я не до конца раскрыл свой потенциал. Но сейчас прошло время, я много работал над собой. Если я сейчас окажусь там, я буду намного лучше в играх. Но сидеть здесь на диване и вот так думать — это одно. А проявлять себя там — это другое. Я стал ментально сильнее — это точно.

— Где и как ты познакомился с отцом Глеба Геннадием Голубиным, который сейчас является одним из директоров «Целе»?

— Он был директором Академии Коноплёва в Тольятти. Это год 2010-й где-то. Там мы хорошо общались. Наступил момент моего перехода в московский клуб, и я попросил Голубина провести переговоры. С того времени мы вот так общаемся. Плюс сотрудничаю с агентством Павла Андреева.

— Какой вклад внёс Голубин в твою карьеру?

— Он многое для меня сделал. Он об этом знает. Я его часто за это благодарю. Но бывают ситуации, когда футболист начинает винить всех вокруг. И я с этим столкнулся, когда ты не думаешь, что проблема может быть в тебе… Но через это надо пройти.

Реклама


— Во сколько лет у тебя это появилось?

— Мне 21 год был. 7 лет назад. Тогда Черчесов сказал, что не видит меня в команде. Я поехал на просмотр в «Крылья», но у них был полный комплект, я им был не нужен. Тогда я стал думать, всё ли я делаю правильно, нужные ли люди меня окружают. Но жизнь повернулась на 180 градусов – удалось закрепиться в Премьер-лиге.

— Сейчас исключительно рабочие отношения с Геннадием Голубиным?

— Я думаю, это не только рабочие отношения. Он помогает мне здесь, помогал во многом в Москве. Мы с ним соседи. Так что, я думаю, это очень уважительные и доверительные отношения.

— Как думаешь, Пилипчука тоже по совету Голубина назначили?

— Я не знаю деталей переговоров, но мы до последнего думали, что останется предыдущий тренер. Но здесь команды зарабатывают деньги на результате (четыре команды получают неплохие деньги за попадание в квалификацию,), а учитывая небольшие зарплаты футболистов, это было очень важно. Но результата не было, и это закономерно привело к смене тренера.

— Как ты отреагировал на это назначение?

— Роман Михайлович сразу созвонился со мной, спросил меня, в каком состоянии, на мой взгляд, команда. Мы с ним хорошо поговорили, обсудили. Я не был доволен прошлым тренером, поэтому, конечно, был готов к изменениям. Я очень рад тому, что произошло.

— Вокруг Пилипчука сложился очень неоднозначный флёр. Что ты о нём слышал до назначения в «Целе»?

— Он любит играть в футбол — мне было достаточно это услышать! Это звучит просто, но в этом большой смысл. Для меня очень здорово играть в тот футбол, который мы сейчас демонстрируем. А люди могут говорить много чего. Я же сужу человека по его поступкам и по тому, как он ко мне относится. Мы отлично ладим.

— Так у тебя с Рожманом, предыдущем тренером, были хорошие отношения. Что случилось?

—  Как тренер — он с большими знаниями. Как человек — его больше нет для меня. Я его не воспринимаю как личность.

— Почему?

— Человек связал свой уход из клуба с тем, что якобы не может коммуницировать со мной и с Ваней Маевским. Я считаю, что это очень низкий поступок. Я ему не пожму руку, если его увижу. Свои знания он не может перенести из-за стола на футбольное поле. Поэтому у него и не получилось.

— Не может коммуницировать именно с вами?

— Он из-за 8-го места решил, что помешали ему я и ещё один русскоговорящий парень. Я был просто в шоке. Я с ним нормально общался. Но сейчас стало выгодно обвинять русских. В интервью он сказал, что у нас (русскоговорящих) были какие-то VIP-условия… В общем, это на его совести! Для меня его больше не существует.

«Если спросить у многих футболистов: «Куда ты бежишь?» — он тебе не объяснит. Причём бежит он туда уже 7 лет!»

— Ты говорил, что стал углубляться в тренерское ремесло. Кто вдохновил? Или само по себе пришло?

— Просто у меня аналитический склад ума. Находясь на поле, я вижу, условно говоря, три решения. Кто-то видит одно или два. Я могу доступным языком объяснить какую-то ситуацию на поле, для меня это не составляет никого труда. Если спросить у многих футболистов: «Куда ты бежишь?» — он тебе не объяснит. Причём бежит он туда уже 7 лет! Тренерство заключается в том, что ты можешь на простом языке доходчиво объяснить свои задумки. Я считаю, у меня с этим полный порядок.

—А на кого из тренеров ты хотел бы равняться?

— Я смотрел сериал про «Манчестер Сити», смотрел, как Гвардиола руководит командой — это что-то выдающееся! Такие речи, такая мотивация! А в плане футбола мне нравится Клопп — как он играет 4-3-3, как «выманивает» команду на свою половину поля, чтобы нападающие убежали. Это очень интересно! Поэтому выделю Гвардиолу и Клоппа.

— То есть в твоей голове уже есть образ, где Григорий Морозов — это главный тренер футбольной команды?

— Да, конечно! Я обязательно буду тренировать, потому что во мне это есть. Я не могу молчать, когда человек делает три ошибки кряду. Я стараюсь ему помочь. Просто помочь. Может, он элементарно не понимает, что можно сделать лучше. Вот это желание помочь во мне присутствует, и это, мне кажется, и есть «тренерская жилка».

— Во сколько лет ты первый раз это почувствовал?

— Знаешь, когда я пришёл в основу «Динамо», Игорь Семшов не понимал, почему я так много подсказываю. Казалось бы, человек старше меня, а для меня норма подсказать в перестроении человеку, пусть даже он Игорь Семшов. И он даже посмеивался надо мной. А я считал и по-прежнему считаю, что всё делаю правильно!

— Давай закончим интервью так: о чём небанальном ты сейчас мечтаешь / мечтал за последние полгода?

— Смотрел интервью Игоря Денисова Нобелю… Для меня он пример — и как футболист, и как человек. В том интервью он сказал правильные слова: сейчас невозможно о чём-то мечтать, когда такое происходит с нашей страной, с соседней страной. Как только «это всё» закончится, тогда и помечтаем…

Марсель АРЗУМАНЯН

Оценить новость
Читайте также на Евро-Футболе:
На Евро-Футболе:
Футбол онлайн
Сделать ставку
окончен Пари НН 3:4 Ростов
окончен Оренбург 1:0 Торпедо Москва
окончен Спартак Москва 3:0 Сочи 1.93 3.85 3.65
Новости
Все новости
Рекомендуем